Под мощным натиском легионов


Под мощным натиском легионов центр карфагенского войска начал отступать, но на флангах положение римлян становилось крайне сложным, что в скором времени привело их к катастрофе. Полибий с восхищением повествует о римской пехоте в центре: «Сражение началось с боя между авангардами этих двух армий. И схватка между легковооруженными войсками шла как-то нерешительно. Но стоило только иберийской и кельтской кавалерии атаковать римских всадников, битва началась всерьез и поистине варварским способом: не было никаких обычных атак и отходов, но как только конники сходились в ближнем бою, они сцеплялись один на один, и, соскочив со своих коней, дрались пешими. Но когда карфагеняне стали одолевать в этой схватке и поразили большую часть своих противников на земле-потому что все римляне сражались с воодушевлением и стояли до конца-и погнали остальных вдоль берега реки, поражая бегущих и не давая им передыху; тогда на место легковооруженных бойцов вышли легионеры и двинулись на врага. Недолго иберийские и кельтские воины стояли на своих местах и храбро сражались, но под натиском тяжеловооруженных легионеров они дрогнули и стали отступать, и так начал прогибаться весь полумесяц их фронта.

Римские манипулы, воодушевившись, следовали за ними и легко прорубались сквозь строй врага, потому что линии кельтов не были плотными, тогда как римляне смыкались от флангов к центру в самой опасной точке. Их фланги не вступили в бой одновременно с центром, в котором сражение уже кипело, потому что галлы, стоявшие в середине строя, выдающегося в сторону римлян в виде полумесяца, вступили с ними в бой намного раньше своих флангов. Римляне теснили карфагенян».

Ганнибал со своим братом Магоном командовали центром и мчались на своих лошадях вдоль фронта, поддерживая воинов. Однако те отступали под натиском опытных легионеров и ввиду явного численного превосходства римлян. В результате того, что наступление концентрировалось в самом центре, фронт карфагенян быстро изменял форму. Теперь позиция легионеров становилась уязвимой для африканской пехоты на флангах. Полибий пишет: «Римляне, тем не менее, начали преследование этих войск и быстро теснили их к центру, а совершавшие обход части противника продвинулись настолько, что ливийские тяжеловооруженные войска по обеим сторонам вышли римлянам во фланги. Те, кто был справа, повернули налево и атаковали римский фланг справа. В то же время обходившие с левого крыла повернули направо и, выровнявшись слева, напали на правый фланг римлян. Само положение, сложившееся на тот момент, подсказало им что делать». Пока кельты и испанцы отступали, ливийцы смогли развернуться и напасть на фланги римской пехоты. Это приостановило продвижение римлян, и Ганнибал смог сосредоточить отступающую кельтскую и испанскую пехоту и снова бросил ее в бой.

На левом фланге римлян кавалерия Варрона сражалась с нумидийской легкой конницей, однако Гасдрубал, опрокинув римскую кавалерию на правом фланге, развернул свои части и атаковал всадников Варрона с тыла. Римляне не смогли выдержать новый удар, и их отход быстро превратился в бегство. Отрядив нумидийцев для преследования, Гасдрубал снова перестроил свою кавалерию и атаковал пехоту римлян и их союзников с тыла. Войска на флангах римлян были смяты и бежали, а центр оказался полностью окружен. Катастрофа стала неизбежной. Ганнибал готовился к заключительному этапу битвы при Каннах.