Октавиан выдвинулся с войсками к Мутине



Пока Октавиан и Антоний боролись друг с другом, Брут и Кассий в 43 году до н.э. получили возможность объединить на востоке провинции, находившиеся под их контролем. Заручившись для своей кампании против Марка Антония поддержкой Сената, проводившего осторожную политику, Октавиан в марте 43 года до н.э. выдвинулся с войсками к Мутине (в настоящее время Модена, Италия), где легионы Антония блокировали Децима. К легионам Октавиана присоединились его союзники, командовать которыми Сенат назначил консула Авла Шрция.К этому времени ситуация в Мутине становилась отчаянной: у гарнизона закончилось продовольствие. Антоний возвел вокруг города мощные осадные позиции, наподобие тех, что он видел у Цезаря во время его кампаний. Октавиан и Шрций не стали нападать на Антония, ожидая, пока прибудет со свое: армией второй консул - Гай Панса.

Панса выступил в поход 19 марта во главе четырех легионов. 14 апреля, ocraвив большую часть своих войск, чтобы" они продолжали блокировать противи ка в городе, Антоний выступил со своей преторианской когортой, II и XXXV легионами и сильным кавалерийским отрядом, намереваясь перерезать дорогу Пансе у Форум-Галлорума - деревни, находившейся на пути к Мутине. Антоний полагал, что под началом у Пансы будет всего четыре легиона, но предыдущей ночью, предугадывая маневр Антония, Гирций отправил на помощь второму консулу легион Марция и преторианскую когорту Октавиана. Два дошедших до настоящего времени описания последовавшего затем сражения при Форум-Галлоруме различаются почти каждой деталью. Наиболее вероятным, однако, представляется, что Антоний стремился напасть на Пансу из засады, но после первоначального успеха был в свою очередь неожиданно атакован и разбит войсками Гирция. Наиболее значительным событием сражения стала смерть Пансы, смертельно раненого копьем.



Теперь перед Антонием встала очевидная опасность превратиться из осаждающей стороны до осажденную. Он уклонился от нового генерального сражения, стремясь держать армии Сената в постоянном напряжении и дожидаясь, пока голодающий гарнизон Децима не сложит оружие. Поэтому Шрций и Октавиан были полны решимости дать такое сражение. 21 апреля они провели обманный маневр, делая вид, что собираются прорваться к городу. Антоний клюнул на приманку и отправил из своего лагеря два легиона, которые были быстро разбиты. Но за эту победу Сенату пришлось заплатить очень высокой ценой - в бою погиб консул Гирций. На следующий день Антоний решил снять осаду и попытаться соединиться со своими сторонниками из других частей Римской империи. После отхода Антония Сенат наконец объявил его «врагом общества» (hostis). Казалось, что легитимная власть восторжествовала, однако в действительности все складывалось совсем иначе.У Антония было двухдневное преимущество перед войсками Сенатской коалиции, действия которых оказались парализованы из-за гибели сразу обоих консулов. Армию теперь возглавляли только Октавиан и Децим. Сам по себе непрочный союз между приемным сыном Цезаря и одним из его убийц был еще больше ослаблен ясным предпочтением, высказываемым Сенатом Дециму, которому была объявлена благодарность и отдан приказ принять легионы погибшего консула. 23 апреля Октавиан, приведенный в бешенство очевидным предательством Сената, отказался передать Дециму легионы Пансы.

Антоний тем временем двинулся на запад, а затем повернул на юг, пересек Лигурийские Альпы и соединился с войсками своих сторонников. Децим, испытывавший нехватку вьючных животных и денег, прилагал немало усилий, стараясь поддерживать высокий темп движения. Антоний же без особых трудностей вышел на территорию Нарбонской Галлии.
Пагубным для Сената оказалось то обстоятельство, что наместники провинций, находившихся за пределами Италии, всегда подчинялись ему лишь номинально. Наместники Марк Лепид в Нарбонской Галлии и Ближней Испании, Мунаций Планк в Косматой Галлии и Азиний Поллион в Дальней Испании постоянно заявляли о своей лояльности к Сенату, однако Лепид первым перешел на сторону Атония, за ним последовал Поллион, а затем и Планк.

В результате к августу 43 года до н.э. Антоний стал полным хозяином Испании и Галлии. Единственным препятствием между ним и Римом был Октавиан, который теперь стремился занять один из освободившихся постов консула. Октавиан был слишком молодым, чтобы занять данный пост в соответствии с законом, поэтому он подал Сенату прошение о назначении его в порядке исключения. Когда же ему было отказано, он двинул на Рим восемь легионов.В распоряжении Сената было всего три легиона, в том числе два недавно прибывших из Африки, лояльность которых вызывала большие сомнения. На следующий день Октавиан явился на форум, сопровождаемый своими преторианцами, и все три легиона перешли на его сторону. После вступления 22 сентября в должность консула, Октавиан потребовал принятия закона lex Pedia, по которому все убийцы Цезаря заочно приговаривались к смертной казни. Теперь ему оставалось только решить вопрос с Антонием.

После объединения с Лепидом, План-ком и Поллионом Антоний мог собрать примерно 20 легионов против 17, которые были в распоряжении Октавиана. Но Октавиан был в большей степени настроен заключить союз, чем продолжать военные действия. В качестве жеста доброй воли он отменил постановление, объявлявшее Антония и Лепида врагами общества. На глазах всех своих легионов эти три человека встретились близ Бононии в середине ноября 43 года до н.э. Они сформировали Второй Триумвират, члены которого, принимая на себя на пять лет неограниченную власть, обязались восстановить законность в Римском государстве.Антоний (16 легионов) получил в управление Цезальпинскую Галлию и Косматую Галлию; Лепид (10 легионов) - Нар-бонскую Галлию и обе Испании; Октавиан (17 легионов) - Африку и острова Западного Средиземноморья. Италия оставалась камнем преткновения. В конечном счете Лепид предоставил три своих легиона Октавиану и четыре Антонию, после чего у каждого из них стало по 20 легионов. Лепид остался в Риме с тремя легионами, чтобы обеспечить в Вечном городе интересы Триумвирата.

Борьба за власть между Октавианом и Антонием продолжалась больше года. Этот длительный период безвластия позволил руководителями заговора против Цезаря - Бруту и Кассию - собрать на востоке значительные силы. Брут первым бежал из Италии, оставив Рим в августе 44 года до н.э. Он уехал в Афины, вде вскоре привлек на свою сторону молодых студентов-идеалистов, в том числе Марка - сына Цицерона. Он перехватил ежегодную дань, которую Требоний, проконсул Азии (в настоящее время - Западная Турция), отправлял в Рим. Кроме того, Брут получил финансовую поддержку от поддержавших его наместников Сирии.

Получив в свое распоряжение эти средства, Брут мог начать набор легионеров. Важным обстоятельством также стало то, что последний из македонских легионов попал под влияние молодого Марка Цицерона. К ним скоро присоединились крупные кавалерийские соединения, сформированные Долабеллой, союзником Антония на востоке. В начале января, узнав о назначении в Македонию нового наместника, Брут двинулся к Адриатике, чтобы требовать для себя этого поста. В это время к Бруту присоединились еще три легиона, которые были сформированы наместником соседней провинции Илли-рик (современная Хорватия и Сербия).У Гая Антония, вновь назначенного наместника, был только один легион его имени. Весной 43 года до н.э. он попытался устроить засаду для Брута, но три когорты его легиона перешли на сторону противника прежде, чем началось сражение. Затем, прежде чем уйти в Азию, Брут провел очень успешную кампанию во Фракии.

В то время как Брут укреплял свое влия-j цре в А:фннах,:£ге^говарищ по заговору Гай Кассий отправился в Смирну (современный Измир, Турция). Вскоре после своего прибытия Кассию удалось выманить некоторые средства у Требония, осторожного проконсула Азии. Полученные деньги он использовал для подкупа наемной конницы, которую Долабелла отправил в Азию.Кассий двинулся на юг в Сирию, вербуя по дороге крупные отряды местных вспомогательных частей. В марте 43 года до н.э. он достиг Апамеи, где два легиона Дсшабеллы осаждали легион Цецилия Баса - мятежного командира, оставшегося верным смертельному врагу Цезаря Помпею. Кассию удалось привлечь на свою сторону легионы обеих группировок, однако Бас оставил командование и никогда под знаменами мятежников не служил.Затем Кассий двинулся в Иудею, где перехватил четыре легиона, которые легат Долабеллы Аллиен формировал в Египте. После их перехода на его сторону Кассий командовал уже 12 легионами и контролировал все богатые восточные провинции Римского государства. В течение следующих нескольких месяцев Кассий «выжал» из этих провинций огромные средства на военные нужды.

В ответ на стремительное усиление Кассия Долабелла выступил с двумя легионами, совершив марш через Грецию, Македонию, Фракию и Малую Азию. Он достиг Смирны в феврале 43 года до н.э., но узнал, что Требоний запретил ему вступать в город. В ответ Долабелла убил Требония, за что Сенат был вынужден объявить его врагом общества.
Долабелла, никак не отреагировавший на решение Сената, выступил из Тарсуса и вторгся в Сирию, в то время как Кассий находился в Палестине. После неудачной попытки пробиться в Антиохию он вернулся в находящуюся на полуострове Лаодикею, которая прекрасно подходила для контакта с поддерживающим его флотом. Кассий разбил Долабеллу в открытом бою и осадил Лаодикею. В конце концов Кассию удалось ворваться в гавань и разгромить неприятельский флот, лишив противника единственной возможности спасения. Долабелла приказал своему легионеру заколоть его. Два его легиона поклялись в верности Кассию.

Брут и Кассий встретились в Смирне в конце 43 года до н.э. Но прежде чем отправиться освобождать Италию, они решили ликвидировать любые потенциальные угрозы в своих тылах, разгромив родосцев, каппадокийцев и ликийцев. Два лидера республиканской партии вновь встретились в Сардах в середине июля 42 года до н.э. Через два месяца они прибыли в Геллеспонт.Стратегическая ситуация в 42 году до н.э. практически полностью повторяла ту, с которой столкнулся Цезарь всего семью годами ранее. Фракция, объявленная Сенатом нелегитимной, захватила западные территории республики, в то время как фракция конституционалистов контролировала Балканы. Считая необходимым держать своих конкурентов как можно дальше от Рима, узурпаторы должны были бросить вызов военно-морскому превосходству противника и пересечь Адриатику, чтобы дать там решающее сражение.

Республиканцы надеялись, что на этот раз их действия, при правильном использовании своего преимущества на море, будут более эффективными. Они отправили Мурка, одного из легатов, присоединившегося к Бруту со своими легионами в Апамее, создать морскую базу в Брунди-зие (в настоящее время Бриндизи, важнейший порт в южной части Итальянского полуострова). Отсюда корабли Мурка могли перехватить оставшуюся часть армии Триумвирата и перерезать линии поставок через Адриатику в Македонию. В течение следующих нескольких месяцев всякий раз, когда начинался сильный ветер в сторону моря, дававший преимущество его транспортам, Антоний сажал на корабли части своей армии, стараясь прорваться через блокаду хотя бы небольшими группами. К ним он добавил несколько боевых кораблей, оборудованных башнями, которые должны были обеспечить транспортам прикрытие. Однако эти конвои понесли неприемлемо высокие потери, и теперь Антонию приходилось ждать, когда к нему на помощь прибудет Октавиан.

Когда прибыли корабли Октавиана, Мурк, не желая попадать в расставленную ловушку, увел свои суда. Он остался в боевой готовности, но из-за господствующих ветров оказался в невыгодном положении и не был в состоянии по-прежнему перехватывать конвои. Теперь Антоний и Октавиан смогли всего за два рейса перебросить через Адриатику всю свою армию.
Тем временем Гай Норбан и Деци-дий Сакса, которых Октавиан и Антоний выслали перед главной армией, прошли по Эгнатиевой дороге во Фракию. Норбан остановился в Сапейском ущелье, в то время как Сакса продвинулся на более чем 100 км дальше на восток, чтобы запереть Корпилийское ущелье. В то же время Брут и Кассий пересекли Дарданеллы на участке от Абидоса до Сеста. Они прошли до Дориска, где были вынуждены остановиться из-за того, что Сакса занял Корпилийское ущелье.

Кассий и Брут погрузили на корабли один легион, чтобы обойти Корпилийское ущелье по морю. Гамбит оказался
удачным - Норбан, получив сообщения о многочисленном вражеском флоте, двигающемся вдоль побережья, убедил Саксу уйти прежде, чем он окажется отрезан от основных сил. Как только Корпилийское ущелье стало свободно, через него двинулись войска Брута и Кассия.Затем Норбан и Сакса ушли на запад и возвели там сильную оборонительную линию в Сапейском ущелье. На сей раз республиканские войска не имели возможности воспользоваться альтернативной дорогой, пока вождь местного клана Раскуполид не сообщил им об окольном маршруте через трудную горную местность, выходившем в к дальнему краю Сапейского ущелья. На четвертый день измотанный и страдающий от жажды передовой отряд завершил тяжелый переход. Норбан и Сакса оставили ущелье и отступили. Брут и Кассий поспешили вперед и повели свои войска вдоль свободной теперь дороги к Филиппам. Достигнув города, они немедленно возвели сильные укрепленные лагеря на соседней высоте и стали ждать прибытия войск Антония и Октавиана.