Осада Антанохии

Что Антиохия необыкновенно богата, знали и крестоносцы. Тем сильнее стремились они прибрать ее к своим рукам. Особенно торопился граф Раймунд Тулузский, давно уже нацеливавший свои взоры на этот огромный город. Еще когда крестоносные ополчения пробирались через Малую Азию, он выслал к Антиохии отряд в 500 воинов в надежде захватить ее, опередив остальных главарей крестоносцев: кто-то пустил слух, будто турки покинули Антиохию. Но весть оказалась ложной. Антиохией по-прежнему правил сельджукский эмир. Воины графа Сен-Желля вернулись не солоно хлебавши. И теперь, когда почти все отряды крестоносцев подошли к стенам Антиохии, Раймунд проявил особое рвение. Со свойственной ему горячностью он заявил, что нужно немедленно, с ходу идти на штурм. Но другие знатные крестоносцы не согласились с этим мнением: крепость казалась им слишком мощной.

Между тем пришли вести, что с Запада выступили новые крестоносные ополчения. И вожди склонялись к тому, чтобы обождать подкреплений. А пока решено было повести осаду Антиохии. Разбив свои палатки близ стен города, крестоносцы блокировали эту крепость. Впрочем, никакого плана осады , да и руководства ею фактически не было; каждый предводитель расставлял своих воинов, где и как считал нужным. Все действия велись вразброд. По неумению, а также из-за отсутствия согласованности южная часть Антиохии вообще осталась свободной для выхода. И несмотря на то, что в распоряжении властелина города, эмира Ягысьяни, находилось сравнительно немного солдат, сельджуки, совершая частые вылазки, наносили серьезный ущерб осаждавшим.

Многие рыцари заботились прежде всего о том, чтобы удовлетворить собственные корыстные интересы. Вокруг Антиохии лежали небольшие, но заманчивые селеньица, сады, пасся скот местных жителей.  Крестоносные рыцари и пехотинцы, соединившись группами, занялись систематическим разорением этих мест. Они производили обычные разбойничьи набеги, отбирали у населения скот, припасы и, вернувшись в лагерь, устраивали буйные пиршества с попойками. Их мало беспокоило, что это делалось подчас за счет окрестных «братьев-христиан», которых крестоносцы должны были «освободить». Пока что они «освобождали» хлевы, кладовые и погреба единоверцев, наполняя их содержимым собственные желудки.

Последствия не заставили себя долго ждать. К концу третьего месяца осады все продовольствие, свое и награбленное, оказалось на исходе. В лагере осаждавших начался голод. Между тем воины сельджукского гарнизона продолжали свои вылазки на крестоносцев из-за стен города. Чтобы положить этому конец, крестоносцы стали строить против городских ворот деревянные башни, в которых всегда находились наготове бойцы.