Зороастрийский мир

Враждебность зороастрийских жрецов, возможно, отчасти объяснялась тем, что Мани использовал их собственные учения. Манихейство обычно считается гностическим учением, и во многих отношениях оно таковым и являлось, но его доктрина отличалась от классических гностических систем в одном важном пункте. Гностики считали, что, по сути, существует один истинный, добрый бог; демиург  это имитатор. Но Мани учил, что принципы Света и Тьмы сосуществовали с самого начала и были более или менее равными по силе. В этом отношении его учение демонстрирует наличие заимствования из учения Зоро астра, или Заратустры, великого персидского пророка, проповедовавшего «добрую религию Ахурамазды», бога Света, который боролся против АнхраМайнью, или Аримана, бога Тьмы.


Зороастр занимает такое маргинальное положение на страницах истории, что нынешние прикидки относительно даты его рождения разнятся на величину в тысячу лет. Ученое мнение сейчас склоняется в пользу даты рождения, приходящейся примерно на 1000 год до нашей эры. Зороастр, вероятно, жил в Бактрии (сейчас там находится Афганистан), его вера наиболее прочно укоренилась в Персии, во времена Мани она уже представляла собой устоявшуюся религию. Сегодня в этом регионе она почти неизвестна. Подавляющее большинство зо роастрийцев ныне живут в индийской провинции Гуджарат, где они известны под именем парсов.


Взгляд Зороастра на мир как на поле битвы между добром и злом сформировал все великие западные религии. К примеру, изначально иудаизм не имел определенной концепции дьявола. Первоисточником всего наличного добра и зла являлся Яхве, сатана же, его противник, виделся просто неким «обвиняющим духом»  своего рода небесным прокурором округа, как он представлен в начале Книги Иова. Но после изгнания иудеев в Вавилон в шестом веке до нашей эры (в это время сам
Вавилон был завоеван Персией) иудаизм вобрал в себя концепцию дьявола как настоящего врага и человека, и Бога. Иудаизм, в свою очередь, передал эту идею своему потомству  христианству и исламу.

Отличаясь и от классических гностиков своим утверждением о том, что силы добра и зла более или менее равным образом сбалансированы, Мани также отошел и от Зороастра, заявляя, что материальный мир по сути своей является продуктом Тьмы. Мир, по учению Зороастра, будучи зараженным присутствием зла, не является фундаментально плохим в своем существе. Зороастризм не отвергает тело и не считает его в основе своей оскверненным  Мани же считал именно так. По сути, Мани скомбинировал гностическую идею о врожденной порочности материального мира с зороастрийским представлением о двух уравновешивающих друг друга силах Света и Тьмы, добра и зла. Это составляет основу его вклада в мировую религию.