Якоб Бёме

Каким бы громким ни был фурор вокруг розенкрейцерства, это лишь один из моментов свойственной данной эпохе повышенной увлеченности эзотерикой, в частности герметизмом, алхимией и каббалой, равно как и теологией в более привычных формах. Один из наиболее удивительных визионеров этой эпохи не имел никакого отношения к розенкрейцерским трактатам,  более того, он считал, что они написаны сумасшедшими.Якоб Бёме родился в 1575 году в Герлице, городе, находящемся на территории нынешней юго-восточной Германии. Имея очень скромное происхождение, Якоб не обладал сколь кото значительной физической силой, чтобы заниматься изматывающими сельскохозяйственными работами, поэтому он стал сапожником.

Он вел ничем не примечательную жизнь до того момента, пока однажды в 1600 году не обнаружил себя смотрящим на отраженный от оловянного блюда блеск света.И одну четверть часа я увидел и узнал больше, чем я узнал бы за многие годы, проведенные в университете»,  рассказывал он позднее. Бёме потребовалось двенадцать лет, прежде чем он смог сформулировать некоторые из своих прозрений на бумаге. Первую книгу, под названием «Аврора», он закончил в 1612 году, но не собирался публиковать ее. К несчастью, экземпляр этой рукописи попал в руки Грегора Рихтера, лютеранского пастора Гер ница. Обвинив Бёме в еретичестве, Рихтер провел указ, который запрещал Якобу писать в течение пяти лет. Бёме даже ока «ался на некоторое время в тюрьме. Но в 1618 году он вновь начал писать и в течение следующих пяти лет написал все свои остальные книги, включая «Три принципа Божественной сущности», «Тройную жизнь человека» и «Путь ко Христу». Мистик умер в 1624 году, пережив свою немезиду, Рихтера, немногим более чем на шесть месяцев.

Его последователи, многие из которых никогда не встречались с ним, наделяли его такими жстравагантными эпитетами, как «Божественный сапожник» и «PhilosophusTeutonicus» («Тевтонский философ»).Как предполагает Артур Исрслуис, исследователь эзотерических движений, это могло быть презрение Бёме к сугубо книжной учености, выступавшей в качестве заместителя живого опыта духа. Бёме утверждал: «Как в начале своего жизненного пути, так и на всем протяжении своего пребывания в этом мире, человек не сможет найти для себя более стоящего занятия, чем познание самого себя». Занятие такой позиции восстанавливало Бёме против внешних авторитетов, таких как Рихтер, для кого доктрины и буква Писания представали высшим законом.


Для Бёме этот наказ, заставляющий вспомнить древнюю заповедь Дельфийского оракула «познай самого себя», не ограничивается одним лишь обычным знанием внутреннего ландшафта. Бог, по словам Бёме, позволил человеку «проникнуть в сердце всего и распознать, какой сущностью, достоинством исвойством обладает сущее, будь оно явлено в живых тварях, земле, камнях, деревьях, травах, во всех подвижных и неподвижных вещах». Хотя Бёме не принадлежал к кругу, создававшему розенкрейцерские трактаты, его мысли часто перекликаются с идеями этого братства.Очень часто в отношении работ этого мистика звучит высказывание, что они исключительно трудны для понимания. Отчасти это объясняется тем, что многие из имеющихся англоязычных текстов принадлежат перу жившего в семнадцатом веке последователя Бёме Джона Спарроу. Но в конечном счете их сложность, по видимому, обусловлена огромностью задачи, стоявшей перед Бёме,  вместить свои мистические прозрения в небольшой и несовершенный аппарат человеческого языка.


Благодаря неоспоримой силе внутреннего видения Бёме смог приобрести образованных друзей, принадлежащих к влиятельным кругам (одному из которых пришлось задействовать все свои связи, чтобы мистик после своей смерти был похоронен по христианскому обряду). Ряд этих людей был сведущ в эзотерических традициях того времени, и Бёме, повидимому, от них узнал по крайней мере некоторые из концепций и понятий, относящихся к каббале и алхимии. (Один его ученик, Бальтазар Вальтер, совершил путешествие на Восток в поисках «каббалы, магии и алхимии», подобно Христиану Розен крейцу.) При всем этом мировидение Бёме остается цыганские гадания на картах онлайн бесплатно сугубо индивидуальным, уникальным в своем роде. Оно побудило его создать теософию  эзотерическое учение, описывающее то, каким образом Бог проявляет себя. В отличие от общепринятой теологии, склонной ограничиваться интерпретацией и реинтерпретацией догм и доктрин, теософия выказывает гораздо большую дерзость. Она пытается отобразить мистическую анатомию тела Бога  ни более ни менее.