Проповедники из числа катаров

Какое бы изложение истории христианства ни брать за основу, очевидно, что это было одно из самых успешных начинаний в мировом масштабе. Сект, основанная в среде угнетенного народа лидером, который был казнен как преступник, сегодня числит своими приверженцами треть мирового населения. Несмотря на все триумфы, история христианства может представиться и весьма гнетущей  сплошь и рядом она состоит из непривлекательных компромиссов с тиранией, которые дополняются жесточайшим подавлением противников. Писания многих Отцов Церкви почти невозможно читать  и не изза трудности понимания текстов, а ввиду демонстрируемых ими высокомерия и враждебной настроенности.

Значительная часть поднимаемой ими полемики касалась смутно очерченных доктринальных вопросов, которые даже само Священное Писание оставляло без особого освещения. В то же самое время квинтэссенцией учения Христа о любви и прощении зачастую пренебрегали. В этих беспрестанных сражениях за различные кредо и догмы  при имеющемся желании они всегда могут предоставить вам массу поводов для диспута,  христианская церковь часто попирала основные истины, которые особо выделял сам Христос. Если так, то Святой Дух зачастую выбирал самые дикие методы для достижения своей цели. Нигде более в мрачных хрониках ереси нельзя обнаружить такой острый накал противостояния, как на тех страницах, что посвящены истории катаров.

Они появились в Южной Франции и Северной Италии примерно в двенадцатом веке. Их пребывание в этих краях совпало по времени с таким расцветом искусства, литературы и культуры, какой в границах Средневековья никогда прежде не наблюдался. Проповедники из числа катаров являли в своем поведении такие образцы доброты и сдержанности, что их стали именовать les bonshommes. В отличие от католиков они со всеми поддерживали добрые отношения, даже если расходились по доктринальным вопросам. И при этом они оказались настолько опасны для католической властной структуры, что для борьбы с ними была создана знаменитая инквизиция. В конце концов, они будут истреблены с такой методичной жестокостью, которая могла бы вызвать зависть у современных поборников геноцида. Если занимаешься изучением саг катаров, то возникает странное ощущение, что правда, возможно, была на стороне катаров: к тому времени укоренившаяся церковь уже не имела ничего общего ни с Христом, ни с «добрым Богом», напротив, была, по сути, одержима силами тьмы.