Церемония посвящения во вторую степень


Ложа состояла из «сестер» и нескольких «братьев», выступавших в роли их наставников и покровителей. Давая согласие на вступление, «сестры» делали реверанс, а «братья»  глубокий поклон.Перед посвящением кандидатка должна была ответить на два вопроса: во-первых, не беременна ли она и, во-вторых, находится ли во власти мужа или сердце ее свободно.Когда с глаз посвященной спадала символическая повязка, она сначала видела «братьев», а уж потом «сестер». Приветственные возгласы тоже изменились. Руки прикладывали к груди  правую руку на левую грудь и левую на правую, и большие пальцы образовывали угольник При этом полагалось пять раз воскликнуть: «Ева!»


Во время церемонии посвящения во вторую степень со скалы низвергалась «река». В центре земного рая возвышалась аллегорическая яблоня, обвитая змеем из раскрашенного картона. Голова змея была насажена на проволоку так, чтобы он мог раскрыть пасть и держать в ней яблоко. Посвящаемой предлагалось взять это яблоко в руки, но «брат-оратор» не позволял ей этого сделать. Посвященная женщина, в отличие от Евы, не станет слушать змея-искусителя. В третьем градусе в ложе представляли Вавилонское столпотворение, в четвертом  ковчег Завета. В высшем градусе адоптивный ритуал принимал размах трагедии. Посвящаемая выступала в роли Юдифи. В первой части церемонии она просила великого жреца Элиахима открыть ей врата родного города Вифулии (Ветилуи), осажденного врагами Израиля, обещая освободить ее. Во второй части, дважды воскликнув «Победа!», она появлялась в ложе, держа в левой руке отрубленную голову Олоферна, а в правой  меч. Голову передавали «брату» и устанавливали на пике рядом с алтарем. Смысл был в следующем: Вифулия  это человеческая душа, Олоферн  сила зла, осаждающие  пороки, Элиахим  бессильная человеческая воля, Юдифь  символ высшего героизма, идеал героической женщины. Этот градус стоял наравне с градусом мщения рыцарей Кадош.

На Галльском конвенте в Лионе в 1778 году «брату» Луи де Бейерле пришла в голову идея, вдохновленная модой на «рыцарские» градусы: женские ложи должны возродить куртуазную любовь и суды любви! В то же время «сестры»  «нежные матери, верные супруги, искренние подруги и благодетельницы». Конвент велел ему подготовить проект таких лож, включая «строжайшие законы, чтобы помешать распространению в сих ложах роскоши и ненужных трат, кои иссушили бы источники благотворительности, и запретить празднества с танцами, способные вызвать беспорядки».

Собрания адоптивных лож, как и подобает, заканчивались агапой. Зал, где проводился банкет, подразделялся на четыре «климата»: его восток назывался Азией, запад  Европой, юг  Африкой, север  Америкой. Столы, как и у мужчин, устанавливали буквой П. В «Азии» сидела великая мастерица с великим мастером.От военной лексики, свойственной мужским пирам, здесь перешли к более мирной, библейской: бокал называли лампой, вино  красным маслом, воду  белым маслом, бутылки и графины  кувшинами. «Заправить лампу» значило налить вина в бокал, «задуть лампу»  выпить, «исполнить свой долг пятью»  аплодировать.Тосты провозглашали так же, как на мужских собраниях. Великая мастерица стучала молотком, привлекая внимание собрания. «Гасить лампу» полагалось в пять приемов: взять бокал, поднять, выпить, выставить вперед, опустить на стол со стуком, после чего пять раз хлопнуть в ладоши, выкрикивая «Ева!».